Послужные списки на работников НКВД СССР 1934-1938 гг.

Автор mrodos, 14 августа 2012, 15:47:52

« назад - далее »

0 Пользователи и 1 гость просматривают эту тему.

Chekist 84

Ув. mrodos,  с возвращением на форум! Давненько Вас не было! Как всегда, спасибо за интересные подробности биографий! Вот интересно, почему комдиву Ковалеву отказали в приеме в ряды РККА. Кораблеву в этом плане немногим больше повезло.

naslednik

Уважаемый mrodos, спасибо за интересный материал!

mrodos

Цитата: Chekist 84 от 18 февраля 2014, 18:08:19
Ув. mrodos,  с возвращением на форум! Давненько Вас не было! Как всегда, спасибо за интересные подробности биографий! Вот интересно, почему комдиву Ковалеву отказали в приеме в ряды РККА. Кораблеву в этом плане немногим больше повезло.

Ув. Chekist 84 и naslednik спасибо за добрые слова!
В отношении Ковалева. Судя по очерку Сысоева «Выстрел в спальном вагоне» Ковалева все-таки призвали в РККА. Вот выдержка из этой статьи: «Ковалев без проволочек был призван в РККА и получил назначение на должность командира стрелковой дивизии. Правда, боевое соединение, согласно мобплану, еще надо было сформировать. Место его развертывания было определено на Волге, близ Горького. К новому месту назначения комдив вскоре и убыл. Но на фронт он так и не попал. Тело комдива с входным пулевым отверстием в затылке было найдено в вагоне поезда Москва - Горький на перегоне между станциями Трактовая и Арзамас».
Ничего не могу сказать о причинах этого самоубийства. По версии Сысоева «комдив был тайно ликвидирован агентами НКВД по заданию Лаврентия Берии». Лично у меня данная версия вызывает большие сомнения. У нас как какое-то «мутное» самоубийство, так сразу же рука Берия.
Почему Кораблев оказался в действующей армии, а многие репрессированные чекисты нет? Надо учитывать одно обстоятельство. Кораблев был заключенным, отбывающим наказание, и отбывающим наказание не по политической статье, а по статье «воинские преступления». По меркам властей подобный контингент подлежал призыву в ряды Красной Армии. Летом и осенью 1941 г. по ходатайству НКВД из лагерей было освобождено  немало заключенных. Главным образом, осужденных за прогулы, бытовые и незначительные хозяйственные и должностные преступления. Подобная практика продолжилась и в 1942 г. Было даже выдано предписание в лагеря: «Пересмотреть личные дела заключенных мужчин... из лиц, осужденных за бытовые, имущественные и должностные преступления, отобрать... по Вашему усмотрению независимо от сроков наказания, годных к несению строевой службы и передать военкоматам для зачисления в армию».
Так в действующей армии оказались: К.Г.Гендин (заместитель начальника отделения СПО ГУГБ НКВД СССР, брат С.Г.Гендина), Л.И.Ривлин (и.о. наркома внутренних дел Молдавской АССР), М.П.Шрейдер (заместитель наркома внутренних дел Казахской ССР), В.Г. Болотин (заместитель начальника КРО УГБ УНКВД по Ленинградской области), Э.И.Биск (помощник начальника ОО УГБ УНКВД по Ростовской области), А.А.Буцневий (заместитель начальника УНКВД по Ярославской области), А.М.Запутряев (начальник КРО УНКВД по Винницкой области, кстати, отбывали наказание в одном лагере с Кораблевым, были освобождены и служили в одной штрафной роте).
Вот выписка из наградного листа на Запутряева: «23 января 1944 года в наступательном бою за шоссе и деревню КРЕМЕНА ... под огнем противника в момент когда противник перешел в контратаку... доставил на себе через болота боеприпасы подразделениям, чем обеспечил успех в отражении контратаки». Награжден медалью «За боевые заслуги». 
Однако не всех чекистов освобождали из заключения  и направляли в действующую армию. Так к примеру отказали бывшему начальнику 4-го (СПО) отдела УГБ НКВД Азербайджанской ССР Л.А.Цинману (его письмо с просьбой направить в действующую армию - http://forum.mozohin.ru/index.php/topic,463.0.html. Или бывший начальник ОО ГУГБ НКВД ПриВО Л.П.Жданов, бывший нарком внутренних дел Марийской АССР А.И.Карачаров и др. Им также было отказано в направлении на фронт.   

 

mrodos

Послужной список на И.А.Жабрева


Жабрев Иван Андреевич

26.04.1898 г.р., г. Устюжна Новгородской губернии. Из семьи рабочего литейно-механического завода (в дальнейшем кустаря-печника). Русский. Окончил  начальное училище в г. Устюжна (1912 г.), высшее начальное училище в г. Устюжна (1916 г.) и 4-х месячные курсы телеграфистов г. Устюжна (1916 г.). Член КП  с августа 1918 г.
В 1905 г. остался сиротой (умер отец, еще ранее умерла мать), на воспитание взяла тетка – сестра отца
1912 – ученик слесаря и слесарь в мастерской (г. Устюжна)
1914 – на учебе в высшем начальном училище
1916 – учился на 4-х месячных курсах телеграфистов
07.1916 – ученик телеграфиста и телеграфист и заведующий канцелярией в почтово-телеграфной конторе в г. Устюжна
03.1917 - ответственный секретарь Союза работников связи в г. Устюжна
06.1917 – управляющий почтовым отделением в селе Растропово Устюженского уезда Новгородской губернии
09.1917 - председатель рабочего кооператива почтово-телеграфной конторы в г. Устюжна
01.1918 – заведующий почтовым отделением в селе Перское  Устюженского уезда Новгородской губернии
06.1918 - заведующий организационным отделением Череповецкого губернского отдела почт и телеграфа
07.1919 - член коллегии Череповецкого губернского отдела почт и телеграфа
11.08.1919 – начальник заградительного отряда № 4 Петроградского укрепленного лагеря (района)
10.1919 – телеграфист и военный комиссар батальона экспедиционного отряда Штаба 7-й армии (Западный фронт)
12.1919 – военный комиссар экспедиционного отряда Штаба 7-й армии (Западный фронт)
1920 – заболел тифом и уехал на родину в г. Устюжна
05.1920 – секретарь политбюро при Устюженском уездном управлении РКМ
08.1920 – уполномоченный по общим делам политбюро при Устюженском уездном управлении РКМ
01.1921 – помощник уполномоченного Череповецкой губернской ЧК
02.1921 – уполномоченный (по политпартиям) Череповецкой губернской ЧК
03.1921 – уполномоченный (по топливу) Череповецкой губернской ЧК
1921 – учился на месячных курсах (по линии ЭКО) ВЧК
11.1921 – уполномоченный (по политическим партиям) Новониколаевской губернской ЧК
01.1922 – начальник агентурного отделения Новониколаевской губернской ЧК
02.1922 – начальник агентурного отделения Новониколаевского губотдела ГПУ
07.1922 – по решению Новониколаевского губернского ревтрибунала был приговорен к заключению на 4 месяца
1922 – начальник информации и помощник уездного уполномоченного Новониколаевского губотдела ГПУ по Черепановскому уезду
23.10.1923 – начальник Регистрационно-статистического отдела Новониколаевского губотдела ГПУ
12.02.1924 – начальник КРО Новониколаевского губотдела ОГПУ
01.10.1925 – начальник СОЧ и заместитель начальника Омского окротдела ОГПУ
16.12.1926 – начальник Бийского окротдела ОГПУ
03.10.1930 – начальник Барнаульского оперсектора ОГПУ
14.05.1933 – врид. начальника СПО ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю
05.06.1934 - начальник СПО ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю
15.07.1934 – начальник СПО УГБ УНКВД по Западно-Сибрскому краю
16.08.1936 – заместитель начальника УНКВД по Курской области
11.11.1936 – начальник 1-го отделения СПО ГУГБ НКВД СССР
17.12.1936 – начальник 1-го отделения СПО ГУГБ и помощник начальника СПО ГУГБ НКВД СССР
25.12.1936 – начальник 1-го отделения 4-го отдела и помощник начальника 4-го (СПО) отдела ГУГБ НКВД СССР
14.03.1937 – откомандирован в распоряжение НКВД Белорусской ССР
20.04.1937 – начальник Гомельского Горотдела НКВД и (по совместительству) начальник ОО ГУГБ НКВД 6-й кавдивизии
07.07.1937 – начальник 3-го (КРО) отдела УГБ НКВД Белорусской ССР и помощник наркома внутренних дел Белоруссии
22.11.1937 – заместитель наркома внутренних дел Белорусской ССР
26.02.1938 – начальник УНКВД по Каменец-Подольской области
Арестован 17.11.38 г. и 22.02.1939 г. приговорен ВК ВС СССР  к ВМН. Расстрелян в тот же день.  Не реабилитирован.
Майор ГБ (08.01.1936 г.).
Награды: знак «Почетный работник ВЧК—ГПУ (1930 г.), орден Красной Звезды (1937 г.).


МирВ

Цитата: mrodos от 21 февраля 2014, 21:51:28
Жабрев Иван Андреевич

Арестован 17.11.38 г. и 22.02.1939 г. приговорен ВК ВС СССР  к ВМН. Расстрелян в тот же день.  Не реабилитирован.


Сексотка Люба
Нравы губернских чекистов: по материалам судебного дела

История эта приключилась в Новониколаевске в 1922 году и сохранилась в материалах уголовного дела по обвинению трёх чекистов в служебных преступлениях. Главными действующими лицами этой судебной трагикомедии стали секретная сотрудница Новониколаевского губернского отдела ГПУ Серафима Нащик, начальник агентурного отделения этого же губотдела Иван Жабрев и его помощник Леонид Рубанов.

             Работа чекистов по искоренению врагов невиданного в мире государства нового типа с самого начала опиралась на широчайшее использование агентуры. Всем коммунистам были даны строжайшие партийные указания сотрудничать с «органами». Одной из боевых единиц невидимой армии сексотов стала 32-летняя партийка и скромная служащая Новониколаевской жилконторы Сима Нащик, проходившая в чекистских ведомостях как сексот (это сокращение, кстати, было официально принято в ГПУ, а презрительной кличкой секретных сотрудников в народе стало позже) Любовь Елистратова. Помимо осведомления о положении на своём рабочем месте «Люба» ещё и выполняла особые задания по слежке за теми или иными подозрительными лицами. Не очень понятно, была ли она психически ущербной  личностью, или просто мечтала сделать карьеру на своём тайном поприще – оба эти варианта, кстати, отнюдь не исключают друг друга. Но кашу в Новониколаевском губотделе, где и так хватало интриг и подсиживаний, она заварила изрядную...

             Чекистскими делами в Новониколаевске тогда заправляли полномочный представитель ГПУ по всей Сибири  Иван Павлуновский и подчинявшийся ему глава губернского отдела ГПУ Алексей Николаев. Они-то и получили в начале 1922 года рапорты нашей героини, в которых утверждалось, что в недрах губотдела существует ни больше ни меньше как контрреволюционная эсеровская группировка, а руководят ей видные местные чекисты Жабрев,  Рубанов и кое-кто ещё. Мало того, они, помимо антисоветской работы, ещё и покровительствуют взяточникам... Встревоженные Павлуновский и Николаев распорядились донос как следует проверить. 30 июня член коллегии губревтрибунала С. Садковский, готовя дело к судебному заседанию, подвёл итоги предварительного расследования.

             ...Официально в своей конторе Серафима Нащик занималась учётом жилой площади в городе. Как известно, захолустный Новониколаевск, состоявший из нескольких десятков двухэтажных домов и многих тысяч деревянных однокомнатных лачуг, в одночасье был назначен столицей Сибирского края, и в него из Омска летом 1921 года переехала масса ответственных работников. Жилищный кризис достиг небывалой остроты. Всех сколько-нибудь имущих домовладельцев принялись безжалостно уплотнять... Серафима Ивановна обходила частные квартиры на предмет выявления излишков жилплощади и, что не удивительно, часто получала заманчивые предложения от хозяев, не желавших подселения. Сообщив о предлагаемых взятках  Леониду Рубанову, она услышала от культурно озабоченного чекиста (учителя по прежней профессии) полное согласие на совместное повышение своего жизненного уровня: «...Хорошо, мы как раз идём в театр сегодня!»

             В тот же день Серафима получила от граждан Девяткина и Черниковой два миллиона рублей, из которых половину отдала Рубанову. С Гурбановского, обитавшего на улице Кольцова, 71, она взяла миллион, с жителя Барнаульской улицы Шишкина – 2 пуда муки и пару фунтов мыла, а Сапронов (ул. Семипалатинская, 43) отделался четырьмя аршинами дефицитнейшего ситца. А вот с Пономарёва (Рабочая улица, 73) Нащик планировала взять пять миллионов, «но не получила, по причинам, от нея не зависящим». Рубанов об этом сообщил своему начальнику Жабреву, который велел оставить всё как есть, поскольку считал Серафиму отличной негласной сотрудницей и хорошим товарищем, жившей к тому же бедно и неустроенно. Получив задание от зампреда губчека Порфирия Новицкого проверить благонадёжность жены начальника секретного отдела Евреинова, Жабрев поручил Симе проследить за ней и дать сведения, как о «враждебной личности к Соввласти с целью подорвать авторитет Евреинова и занять его пост». По предварительному заключению Садковского, все обвиняемые (Рубанову, помимо взяток, вменялось также в вину то, что он принимал своих сексотов на частной квартире и давал им задания в присутствии посторонних лиц) дали показания, «вполне согласованные с обстоятельствами данного дела».

             В деле оказались подшиты многочисленные рапорты Серафимы, в первом из которых она 15 февраля сообщала, что посетила по заданию своего начальства дом по улице Александровской, 42, где представилась хозяйке дома сестрой одной несчастной дамочки, брошенной мужем-красавцем, который-де ушёл к живущей здесь Елизавете Юдаевой. Елизавета и была женой чекиста Евреинова, под которого подкапывался Жабрев. Серафима легко разговорила хозяйку и услышанное подробно изложила в своём безграмотном донесении:

  «Елизавета Юдаева девушка с высшим образованием, училась в университете, но вот при перевороте была арестована... и долго сидела в тюрьме здесь, в Новониколаевске, в настоящее время ея освободили под расписку без права выезда... Счастливая судьба улыбнулась ей, следователь, который вёл её дело, влюбился до потери сознания, бросил жену и ребёнка 11 лет, мальчика и зделал ей предложение... Елизавета Ивановна согласилась, это мне говорила пожилая дама, которая тут же живёт и знает Лизу очень хорошо. Я спросила, неужели она приняла предложение каковато комуниста бездомного происхождения, так дама ехидно улыбнулась и сказала, (что) с этим уже не приходиться считаться... Жених её блондин, высокий, зовут Серёжа... ходит в дохе и кожаной фуражке, сейчас тоже в чека каким-то начальником...» На следующий день Нащик сообщила, что на Потанинской, 46 познакомилась с близкой родственницей Юдаевой, которая ей жаловалась, что «наша Лиза вышла замуж за одного из негодяев начальника Секретно оперативного отдела губчека за Евреинова» и «проклинала всю власть и ея обитателей».

Действительно, 26-летний (и поэтому вряд ли имевший 11-летнего сына) бывший телефонист Сергей Алексеевич Евреинов зарекомендовал себя первоклассным живодёром и в Симбирске, где в 1918 году «арестовывал симбирскую буржуазию как заложников», и в Алатыре, где занимался «обысками, арестами контрреволюционеров и, порой, расстрелами», и в Омске, где в 1920 году даже заболел «сильным нервным расстройством». Один из коллег осенью 1921 года записал в характеристике, что: «Тов. Евреинов лично принимал участие и проявлял максимум энергии в раскрытии нескольких белогвардейских организаций. Сам лично расстреливал участников в количестве нескольких сотен человек. ...Кто думает бросить тень сомнения на таких революционеров, тот враг Революции».

Неутомимая Серафима писала председателю губчека А. Николаеву, что Юдаева якобы собирается в Москву, и делала вывод: «Ясно что (она) член организации. ...Я думаю проводить её до Москвы и там арестовать на вокзале, или же что другое... вот уже месяц я всё знаю и некому дать знать. ...У меня во дворе уборная, в левой половине у потолка балка на этой балке будут лежать рапорты в конверте, вы будите посылать за ним в 11 ч. вечера и на это же место положите ответ от вас и ваши разпоряжения». На следующий день Серафима доносила уже на Рубанова и Жабрева как участников подпольной эсеровской организации, скрывающих, что приехавший в Новониколаевск  В. Ожиганов – «бывший капитан контр. разведчик Колчака... известный разбойник», занимавшийся тем, что при белых «ездил догонять большевиков и убивал собственными руками».

  Сексотка сообщала, что с приходом  большевиков к власти она «немедленно поступила» на секретную службу в Особый отдел ВЧК 5-й армии в Красноярске, и «по данному мной материалу капитан разбойник Василий Михайлович Ожиганов был найден в городе Минусинске, где скрывался... арестован и препровождён в Красноярск». Но вскоре, дескать,  сумел втереться в доверие, став сначала сексотом, а потом и начальником агентуры. Последнее сомнительно, поскольку среди новониколаевских чекистов того времени Ожиганов не упоминается. Видимо, он всё же был резидентом, курировавшим группу агентуры, а не официальным работником ГПУ. Ожиганова она встретила на конспиративной квартире, и он заявил «Любе» – дескать, я-то сумел спастись, а вот ты что будешь делать, когда белые вернутся?.. Так или иначе, Жабрев на паническое сообщение Серафимы о прошлом Ожиганова «халатно смеялся» и рекомендовал не волноваться из-за пустяков.

  Вскоре Симу перевели жить в 3-комнатную конспиративную квартиру №4 по улице Барнаульской 56, которая использовалась для явок с агентурой. Туда постоянно наезжали из Москвы, Петрограда, Красноярска и других городов негласные сотрудники, которые говорили пароль и потом жили на этой квартире, пока чекисты приискивали им другое место. Для обслуживания «спецконтингента» выделялись деньги и продукты, а также домработница, которая, видимо, не только готовила, но и надзирала за сексотами. Сима жаловалась, что чекисты зачем-то заменили её старую прислугу («известную жену одного нашего секретного сотрудника») и хотят откомандировать «моего мужа, тоже секретного сотрудника, Булычёва... чтобы он мне не мешал». Правда, за два месяца до описываемых событий Серафима оставила мужа и осталась одна с четырьмя детьми... Может быть, из-за этой семейной драмы она потеряла представление о реальности и решила, что явочная квартира организована для сборищ эсеровских заговорщиков во главе с Жабревым и Рубановым...

  Жабрев, поручивший Симе следить за Елизаветой Юдиной, подозревая, что «её выпустил  Евреинов незаконно», неожиданно сам стал объектом слежки со стороны сумасбродной осведомительницы. Серафима докладывала начальству: «...Надо заметить, что на днях я сделалась любовницей Жабрева... ухаживая за мной он мне и доверил больше чем следует. (...) Он, дурак, думает, что я правду влюблена в него... И вот я писала рапорта ложные не так как есть, так что девушку, которую я описала как контрреволюционерку не правда, и всё не правда, я сочинила чтобы угодить Жабреву... чтобы открыть дальше карты, я сказала и Жабреву и Рубанову, что всё наврала мол и боюсь, чтобы не открылось наружу, они смеялись и успокоили меня... выдали новые сапоги, до этого я... просила десять раз и писала, что хожу босиком, и всё отказывали, а тут сразу дали, попросила печь железную, тоже дали, хорошо теперь мне плотят...» Касаясь собранных с домовладельцев подношений, Серафима убеждала начальников, что Жабрев распорядился считать их её премией и патетически восклицала: «Можно (ли) быть под начальством таких негодяев, я так работать не могу... Сек. сот. Люба».

Почему-то уже после своего признания в провокации она до самого ареста 7 марта 1922 года продолжала посылать наверх бредовые сообщения о «заговорщицкой» деятельности своих непосредственных начальников-чекистов. Может быть, Жабрев чем-то ей не угодил, и сексотка решила его посадить? На суде Серафима подтвердила, что «близкие отношения с Жабревым были сделаны только потому, что я хотела открыть все контрреволюционные действия Жабрева и Рубанова». Была ли она искренна, когда яростно отрицала любовь к Жабреву,  из её сумбурных показаний неясно. Сам же чекист, естественно, категорически отрицал, что хотел подсидеть Евреинова. Вызванный как свидетель П.Новицкий подтвердил, что давал указание начальнику агентуры выяснить политическое лицо Юдаевой.

И Жабрев, и Рубанов утверждали, что разрешали Нащик брать взятки только для того, чтобы установить виновность расхитителя Сапронова, умалчивая, отчего же тогда Серафима брала деньги и товары у других домовладельцев и делилась ими с чекистами. Жабрев заявил, что скрыл дело о взяточничестве от начальства для того, чтобы решить его «домашним порядком». Нащик упорно отрицала свою вину, утверждая, что хотела разоблачить контрреволюцию... В деле есть сведения, которые говорят о том, что взятки от Симы получали и некоторые другие чекисты. Когда это стало известно руководству, оно быстро упрятало во внутреннюю тюрьму и сексотку, и обоих её кураторов. Следствие тянулось довольно долго. Обычно чекистов и сексотов судили ведомственным закрытым судом, но в этом случае почему-то передали дело в Новониколаевский губревтрибунал.

  Дело в нём слушалось 7 июля без участия обвинителя и защитника. Судьи не установили причастности Жабрева к попытке собрать компромат на Евреинова, и осудили его на четыре месяца заключения за попустительство взяткам. Правда, 30 ноября почему-то срок наказания ему был «снижен» до двух лет. Документы в те годы оформлялись очень небрежно и неясно, четыре года или четыре месяца получил Жабрев. Сам он много лет спустя писал в автобиографии, что в 1923 году (вместо 1922-го) отсидел четыре месяца, хотя на самом деле пробыл в тюрьме как минимум вдвое дольше...

Серафима получила за взятки и ложные доносы два года, а Рубанову отмерили год тюрьмы за участие во взяточничестве. Обоим запретили работать в органах ГПУ в течение пяти лет. Рубанова освободили 6 октября, семь месяцев спустя после ареста, Серафиму же выпустили 3 февраля 1923 года. Об их дальнейшей судьбе данных у меня нет. А вот Иван Андреевич Жабрев в 1923 году был отправлен руководить «органами» в Черепаново – за сотню вёрст от Новониколаевска, где он, по собственному признанию, «пил и был замечен в грубостях», возможно, стараясь таким образом забыть коварную возлюбленную... Ссылка продолжалась недолго – уже год спустя 26-летнему сыщику  поручили отдел контрразведки Новониколаевского губотдела ОГПУ, затем он успешно начальствовал в Омске, Бийске, Барнауле и Новосибирске. Жабрев покинул Сибирь только в 1936 году, дослужившись до начальника секретно-политического отдела УНКВД Запсибкрая. Далее Жабрев «работал» в Курске и Москве, а в 1938 году руководил госбезопасностью Каменец-Подольской области на Украине.
В положенный срок орденоносца и депутата арестовали и за избыточное усердие в массовых репрессиях в феврале 1939 года расстреляли. Реабилитации он не дождался...

А. Тепляков
«РОДИНА», 2000, № 9. С. 71–73.

Chekist 84

#205
Цитата: mrodos от 19 февраля 2014, 19:46:42
Цитата: Chekist 84 от 18 февраля 2014, 18:08:19
Ув. mrodos,  с возвращением на форум! Давненько Вас не было! Как всегда, спасибо за интересные подробности биографий! Вот интересно, почему комдиву Ковалеву отказали в приеме в ряды РККА. Кораблеву в этом плане немногим больше повезло.

В отношении Ковалева. Судя по очерку Сысоева «Выстрел в спальном вагоне» Ковалева все-таки призвали в РККА. Вот выдержка из этой статьи: «Ковалев без проволочек был призван в РККА и получил назначение на должность командира стрелковой дивизии. Правда, боевое соединение, согласно мобплану, еще надо было сформировать. Место его развертывания было определено на Волге, близ Горького. К новому месту назначения комдив вскоре и убыл. Но на фронт он так и не попал. Тело комдива с входным пулевым отверстием в затылке было найдено в вагоне поезда Москва - Горький на перегоне между станциями Трактовая и Арзамас».

Ув. mrodos, спасибо Вам за как всегда исчерпывающее пояснение! Но как тогда быть с запиской, якобы найденной при Ковалеве, в которой он объясняет свой поступок утратой к нему доверия со стороны партии?  Эх, если бы увидеть копию приказа о назначении его командиром дивизии. Знать бы номер части... Хотя,... чтобы это прояснило? Как объяснить тогда входное отверстие на затылке. Или чекисты настолько несмышленные, что допустили такую глупую оплошность. Темная история. Очень темная. Прямо, как с самоубийством много лет позже генерала Давыдова.

TeAmo

Уважаемый mrodos, нет ли у вас материалов, послужного списка л.д. на Антонова(Грицука) Н.И.  ? Я имею в виду помимо того, что опубликовано в книге Петрова-Скоркина.

Заранее спасибо!

mrodos

Цитата: TeAmo от 03 марта 2014, 03:46:40
Уважаемый mrodos, нет ли у вас материалов, послужного списка л.д. на Антонова(Грицука) Н.И.  ? Я имею в виду помимо того, что опубликовано в книге Петрова-Скоркина.

Заранее спасибо!

Уважаемый TeAmo!

К сожалению, у меня нет развернутого послужного списка Антонова-Грицюка, чем-то отличающегося от сведений в справочнике Скоркина-Петрова.

mrodos

Цитата: Chekist 84 от 02 марта 2014, 16:57:46
Цитата: mrodos от 19 февраля 2014, 19:46:42
Цитата: Chekist 84 от 18 февраля 2014, 18:08:19
Ув. mrodos,  с возвращением на форум! Давненько Вас не было! Как всегда, спасибо за интересные подробности биографий! Вот интересно, почему комдиву Ковалеву отказали в приеме в ряды РККА. Кораблеву в этом плане немногим больше повезло.

В отношении Ковалева. Судя по очерку Сысоева «Выстрел в спальном вагоне» Ковалева все-таки призвали в РККА. Вот выдержка из этой статьи: «Ковалев без проволочек был призван в РККА и получил назначение на должность командира стрелковой дивизии. Правда, боевое соединение, согласно мобплану, еще надо было сформировать. Место его развертывания было определено на Волге, близ Горького. К новому месту назначения комдив вскоре и убыл. Но на фронт он так и не попал. Тело комдива с входным пулевым отверстием в затылке было найдено в вагоне поезда Москва - Горький на перегоне между станциями Трактовая и Арзамас».

Ув. mrodos, спасибо Вам за как всегда исчерпывающее пояснение! Но как тогда быть с запиской, якобы найденной при Ковалеве, в которой он объясняет свой поступок утратой к нему доверия со стороны партии?  Эх, если бы увидеть копию приказа о назначении его командиром дивизии. Знать бы номер части... Хотя,... чтобы это прояснило? Как объяснить тогда входное отверстие на затылке. Или чекисты настолько несмышленные, что допустили такую глупую оплошность. Темная история. Очень темная. Прямо, как с самоубийством много лет позже генерала Давыдова.

Уважаемый Chekist 84!

История с Ковалевым действительно темная. Возможно "темной" она стала благодаря отсутствию документов. Тот же Сысоев не сообщает какими документами он оперировал при написании статьи. Что лежало в основе личное дело, персональное или личное партийное дело, пенсионное дело, или материалы служебного расследования, или материалы проверки по факту самоубийства? 
Интересно было бы посмотреть пенсионное дело (если оно вообще заводилось). Очень часто в материалах этого дела остаются разнообразные документы о причинах смерти. Мне встречались даже копии судебно-медицинской экспертизы. Вопрос лишь в одном, сохранилось ли данное дело. Дела подобной категории сохраняются в ведомственных архивах довольно плохо. Хотя, что-то могло остаться и в личном деле сотрудника НКВД, и персональном или личном деле члена ВКП(б) Ковалева.  Перечнь архивов где вероятно хранятся эти дела - РГАСПИ, РГВА, ЦА МВД, или ОСФ ИЦ ГУВД по Московской области, ОСФ ЗИЦ ГУВД по г. Москве.
Искать материалы по факту самоубийства (прокуратура, милиция) бесмысленно. Они точно не сохранились. Сроки хранения этих документов небольшой. Если я не путаю - 10-15 лет.

Алех

Доброго времени суток, уважаемые!
Может быть, у уачстников форпума, располагающих биографической информацией на высокопоставленных сотрудников госбезопасности (и милиции) республик Закавказья и Средней Азии в 30-40-е годы, есть намерение и желание поделиться подобной информацией на форуме?