Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
23 Октября 2018, 22:14:44
Начало Помощь Календарь Войти Регистрация

+  Форум истории ВЧК ОГПУ НКВД МГБ
|-+  Основные форумы
| |-+  1934-1941 НКВД
| | |-+  Подробности бегства за кордон Г.С. Люшкова
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: [1] Вниз Печать
Автор Тема: Подробности бегства за кордон Г.С. Люшкова  (Прочитано 144 раз)
Александр Слободянюк
Полковник
*****
Offline Offline

Сообщений: 1521


« : 01 Августа 2018, 13:40:58 »

Подробности бегства за кордон Г.С. Люшкова

26 мая 1938 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение произвести перестановки в органах НКВД. Большая группа лиц перемещалась на другие должности. Г.С. Люшков освобождался от работы начальника УНКВД Дальневосточного края, его отзывали для работы в центральном аппарате НКВД СССР. На его место был утвержден Г.Ф. Горбач, освобожденный от должности начальника УНКВД Новосибирской области.
Через два дня, 28 мая 1938 г. Люшков получает шифровку из Москвы от Ежова, в которой последний писал, что «в ближайшее время, в связи с реорганизацией ГУГБ НКВД предполагаю Вас использовать центре. Подбираю Вам замену. Сообщите Ваше отношение к этому». В ответ Люшков пишет «Считаю за честь работать Вашим непосредственным большевистским руководством. Благодарю за оказанное доверие. Жду приказаний».
Несмотря на то, что решение о работе Люшкова в центральном аппарате было принято, тот по своим каналам получил информацию, о якобы предполагавшемся своем аресте при приезде в Москву.
Испугавшись репрессий Люшков стал готовить свой побег к японцам. Вне всякого сомнения, принятию этого решения способствовал арест И.М. Леплевского, и М.А. Кагана, близких ему людей.
Бывший нарком внутренних дел УССР И.М. Леплевский 26 апреля 1938 г. был арестован. По его показаниям проходил друг Люшкова Каган, которого срочно откомандировали из ДВК в распоряжение центра. Заподозривший недоброе Люшков попросил его позвонить из Москвы в Хабаровск и сообщить о причинах вызова, но обещанного звонка не дождался. Каган по прибытии в столицу был арестован.
После побега Люшкова к японцам, проведенным расследованием, было установлено, что план нелегального ухода за границу им был заранее тщательно разработан. С этой целью он три раза в течение месяца приезжал на одну и туже заставу, где детально знакомился с прохождением линии границы и с путями, ведущими к японской заставе Пензау и маньчжурскому городу Хуньчун.
В первый раз Люшков приехал на заставу в сопровождении начальника пограничного отряда - полковника Грибенника, в ночь с 12-е на 13-е мая 1938 г. Вместе с ним и начальником заставы лейтенантом Дамаевым, Люшков вышел на линию государственной границы, где ознакомился с местностью сопредельной стороны, прилегающей к границе, расположением японских гарнизонов, их наблюдательно-разведывательными пунктами и путями движения нарушителей границы на участке этой заставы.
Вторично Люшков выехал на границу в сопровождения лейтенанта госбезопасности Стрелкова 28 мая 1938 г. Перед выездом, Люшков вызвал к себе начальника пограничных и внутренних войск НКВД ДВО комдива Соколова. Им был зачитан, якобы, полученный телеграфный приказ Наркома Ежова о том, что лично ему Люшкову предлагается принять крупного агента с сопредельной территории на участке заставы 59-го Посьетского пограничного отряда. Выезжая с Люшковым на границу, Стрелков, по его поручению, взял с собой 15.000 разной иностранной валюты для передачи агенту, с которым Люшков, якобы, должен был иметь встречу.
29-го мая 1938 г. Люшков, в сопровождении начальника погранотряда полковника Грибенника и лейтенанта госбезопасности Стрелкова приехал на заставу. Его приезд на заставу конспирировался от личного состава заставы, в том числе и от его начальника лейтенанта Дамаева. Перед самым выходом на линию государственной границы, Люшков через полковника Грибенника отдал лейтенанту Дамаеву приказание пограничных нарядов в район предполагаемой встречи у погранзнака №8 не высылать. Что и было выполнено.
На линию государственной границы Люшков вышел в сопровождении полковника Грибенник, лейтенанта Дамаева и лейтенанта государственной безопасности Стрелкова. После ознакомления, с участком границы, он выбрал место для своего расположения против распадка на сопредельной территории, на удалении от линии государственной границы примерно в 200 метрах.
Приказал полковнику Грибеннику занять позицию влево от него на расстоянии 300 метров, а лейтенанту госбезопасности Стрелкову справа на 100-150 метров. Лейтенанту Дамаеву Люшков приказал вернуться на заставу и прибыть к нему в 3 часа 30 мая. Таким образом Люшков остался один на приготовленной им позиции, имея при себе портфель, в котором находилось 15.000 разной иностранной валюты, взятой им у Стрелкова перед уходом с заставы на границу.
В 3 часа 30 мая, согласно полученным указаниям, лейтенант Дамаев подошел к месту расположения Люшкова. На месте его не было. После двухчасовых поисков он был обнаружен у пограничного знака № 8. Свое пребывание там Люшков объяснил тем, что он, якобы, ночью поднялся с места, отошел в сторону, где-то упал. Заметив сопку и опасаясь заблудиться, забрался на нее и стал ждать рассвета. Мотивируя оперативными соображениями, отдал приказ Грибеннику, Дамаеву и Стрелкову хранить в секрете его посещение заставы.
Позже, 9 июня Люшков вместе с начальником штаба ОКДВА комкором Штерн выехал в г. Ворошилов и далее в г. Гродеково.
12-го июня 1938 г. возвратившись в Ворошилов, Люшков выехал оттуда в сопровождении полковника Иванова и лейтенанта госбезопасности Стрелкова на участок 59-го Посьетского погранотряда. Начальник штаба отряда майор Алексеев, замещавший начальника отряда полковника Грибенника, находившегося в это время в Хабаровске о предстоящем приезде Люшкова был поставлен в известность заранее по телефону. Люшков предложил лейтенанту Дамаеву неотлучно находиться на заставе.
Выезд на заставу Люшков вновь мотивировал предстоящей встречей с тем агентом, который не пришел в первый раз. Стрелков, по приказанию Люшкова, взял всю наличную валюту ИНО уже в сумме 4.500 гоби и иен, которую ему передал на заставе.
Около 19 часов Люшков приказал Дамаеву лично, без сопровождающего наряда вести его и Стрелкова к линии государственной границы, где он располагался в прошлый раз в ночь с 29 на 30 мая. Нарядов в район его расположения приказал не высылать. Этим приказом Люшков заставил лейтенант Дамаева заранее выработанный план охраны границы в ночь на 13 июня аннулировать и открыть границу в районе погранзнака №8.
На границе Люшков подробно расспрашивал Дамаева о прохождении линии государственной границы, о месте расположения японской заставы Пензау и городе Хуньчун. Получив исчерпывающие ответы, Люшков выбрал себе для расположения место в десяти метрах от линии государственной границы.
Приблизительно в 23 часа Люшков, одев поверх формы штатское черное пальто и кепку, расположился на выбранном им месте. В связи с тем, что ожидаемый им агент якобы мог несколько отклонившись выйти вправо или влево от него он приказал лейтенанту Дамаеву расположиться слева от себя в 600 метрах, а лейтенанту госбезопасности Стрелкову справа на 250 метров, для наблюдения за сопредельной территорией с правого фланга.
Позже было установлено, что фактически Дамаев расположился от места залегания Люшкова на 300 метров, а Стрелков на 24 метра.
Местность в районе перехода Люшкова за границу была пересеченная. В 10 метрах от того места, где располагался Люшков, начинался распадок со средним падением. Человек скрывался в нем, примерно, через 20 шагов. Он просматривался только с точки залегания Люшкова.
В это время было пасмурно, облачно и темно. С 5-ти часов до 7 часов 30 мин стоял большой туман. Видимость была ограниченная. Силуэт человека можно было заметить не более как на 25-30 метров.
Около 2 ч. 30 м. 13 июня Дамаев, считая, что Люшков уже закончил операцию по связи с агентом, снялся со своей позиции и пошел к месту, где оставался Люшков. Однако последнего там не нашел. Дамаев сообщил об этом Стрелкову. Полагая, что Люшков, как и в прошлый раз заблудился, или же где-нибудь по близости спит, они не приняли мер к немедленному сообщению о чрезвычайном происшествии решив искать Люшкова самостоятельно.
Лишь после 7 часов утра, когда разошелся туман, и стало светло, Стрелков и Дамаев отчетливо увидели идущий след от места залегания Люшкова по пади за границу. Полагая, что тот заблудился и находится где-нибудь по близости, Дамаев дал с промежутками 2 ракетных выстрела. Затем они обследовали весь участок границы и лишь в начале 9-го часа, по распоряжению Стрелкова, Дамаев отправился на заставу и по телефону сообщил в Посьет полковнику Иванову о происшествии.
После чего Дамаев возвратился к месту залегания Люшкова и пошел по обнаруженному следу через линию государственной границы на сопредельную территорию на расстояние в 1 километр от линии границы. При выходе на дорогу, идущую от погранзнака № 8 к японской заставе Пензау, след терялся. Осмотрев в этом районе местность, Дамаев около 10 часов вернулся обратно. Японских нарядов во время нахождения на сопредельной территории, он не встретил.
При обследовании места, где располагался Люшков никаких других следов или признаков насильственного его увода на сопредельную территорию обнаружено не было. Люшковым была оставлена зеленая пограничная фуражка, которой он маскировался, направляясь с заставы на линию границы, форменный плащ, коробка к пистолету «Маузер» и бутылка от нарзана.
На сопредельной территории в течение дня 13 июня пограничными нарядами отмечалось необычное оживление. Факт бегства начальника УНКВД Дальневосточного края к японцам был очевиден, хотя информации о нем первое время никакой не было.
По данным закордонного агента Хунчунской жандармерии было выяснено, что Люшков был обнаружен на территории Манчжоу-Го при обходе японской пограничной стражи в 5 часов 13 июня. При нем было 2 пистолета и свыше 3 тысяч гоби. На месте не было переводчика и Люшкова направили в Хунчунскую жандармерию, где он стал сообщать важные военные данные, о чем сразу было, сообщено штабам Корейской и Квантунской армий.
19 июня в Хунчун прибыл командующий японской армией в Корее генерал Койса, якобы, для инспектирования войск. Однако можно предположить, что его приезд связан с нахождением в Хунчуне Люшкова.
Ежовым были даны указания усилить охрану границы, принять меры к сохранению агентуры в Корее, свернув резидентуры, непосредственно подчиненные Хабаровску.
Материалы расследования этого происшествия не давали никаких оснований к подозрению кого-либо из военнослужащих пограничной охраны в способствовании Люшкову совершить этот черный акт измены Родине.
Однако был сделан вывод, что начальник пограничного отряда полковник Гребенник, выполняя распоряжения Люшкова обязан был максимально обеспечить неприкосновенность начальника УНКВД от захвата его с сопредельной территории.
С этого времени был изменен порядок посещения руководством органов государственной безопасности границы СССР.
В книге Е. Хиямы «Планы покушения на Сталина» есть воспоминания бывшего офицера пятого отдела японского Генерального штаба Коидзуми Коитиро. Этот профессиональный военный разведчик, имевший прямое отношение к «делу Люшкова», рассказывал: «Сведения, которые сообщил Люшков, были для нас исключительно ценными. В наши руки попала информация о Вооруженных силах Советского Союза на Дальнем Востоке, их дислокации, строительстве оборонительных сооружений, о важнейших крепостях и укреплениях. В полученной от Люшкова информации нас поразило то, что войска, которые Советский Союз мог сконцентрировать против Японии, обладали, как оказалось, подавляющим превосходством. В тот период, то есть на конец июня 1938 года, наши силы в Корее и Маньчжурии, которые мы могли использовать против Советского Союза, насчитывали всего лишь 9 дивизий...» (Шишов Алексей Васильевич. «Россия и Япония. История военных конфликтов.» М.: Вече, 2001)
Анализ событий, предшествовавших данному чрезвычайному происшествию дает основания для утверждения, что Люшков готовил свой побег за границу намного раньше, чем указано в материалах расследования.
Как начальник УНКВД по ДВК он знал о наличии на линии государственной границы «окон», созданных для оперативных целей и после их изучения подготовил к побегу наиболее подходящее «окно» у погранзнака №8 на участке 59-го пограничного отряда. Таким образом, в повседневной своей деятельности регулярно выезжал для проведения подобных мероприятий на участках других пограничных отрядов, чтобы не вызвать подозрения.
После этого, приказом УНКВД по ДВК от 5/8.10.1937 г. №417, подписанном Люшковым, он обрушился с резкими обвинениями в адрес командования 59-го пограничного отряда, отстраненного им от занимаемых должностей и арестованных его властью: «Особо омерзительными выглядят факты мародерства, граничащие с изменой родины, проявленные со стороны отдельных командиров 59 ПО. Это произошло потому, что командиры 59 ПО в лице начальника пограничного отряда полковника Горкина,* его помощника по политчасти батальонного комиссара Матвеева и начальника штаба капитана Севастьянова, от руководства по оформлению дел задержанных судов за хищнеческий лов рыбы в территориальных водах Союза ССР – самоустронились.» Были арестованы полковник Горкин, начальник 2-го отделения капитан Петренко, старший лейтенант Цыганов, лейтенанты Пономарев и Танаков. Как следует из материалов дела, при обыске у Цыганова, Пономарева и Танакова были обнаружены и изъяты 57 иен, 57 сен, 2 часов, 4 электрических фонарика, 5 батарей и 12 лампочек к электрическим фонарикам, 2 универсальные ручки, один блокнот, одна печать в футляре и один флакон японских чернил.
Именно опытный начальник пограничного отряда полковник Горкин мог стать препятствием на его пути за кардон…
Ещё за 2 недели до своего бегства он приказал своей жене взять дочь и следовать в одну из клиник Западной Европы (документы, подтверждающие необходимость лечения дочери, для этой поездки к тому времени были уже готовы). По благополучному прибытию жена должна была прислать Люшкову телеграмму, содержащую условленный текст «Шлю свои поцелуи». Однако жена была арестована и впоследствии расстреляна. В 1939 году Люшков был заочно приговорён в СССР к смертной казни.
Примечание: * Горкин Степан Сафронович На основании приказа НКВД СССР от 15.06.1936 г. начальнику 59-го Славянского пограничного отряда УПВО УНКВД по ДВК присвоено военное звание «Полковник». Приказом НКВД СССР от 22.11.1937 г. №2295 уволен по ст. 46 п. «в». Награды: орден Красного Знамени (14.02.1936). Знак «Почетный работник ВЧК-ОГПУ (XV)» (04.02.1933)
Полковник Севастьянов Гавриил Арсентьевич заместитель начальника Краснознаменных Пограничных войск НКВД Хабаровского округа по разведке (он же начальника 5 Отдела) 1901 года рождения. Уроженец Акмолинской области, Петропавловский уезд, пос. Екатериновка. Русский. Член ВКП(б) с 1925 года. Общее образование среднее. В Красной Армии с 1920 года, участник Гражданской войны на польском фронте в 1920 году, подавления банд на Украине в 1921 году. В НКВД с 1927 года. Военное образование: полугодовые курсы в 1922 году, Саратовскую пехотную школу РККА в 1927 году. Приказом ОГПУ СССР от 23.05.1933 г. №232 Севастьянов Г.А. помощник начальника Учебной Группы Центральной школы ВОГПУ прикомандирован в Военную академию Красной Армии им. М.В. Фрунзе с исключением из списка войск ОГПУ с 28.04.1933 г. В 1936 году окончил специальный факультет Военной Академии Красной Армии им. М.В. Фрунзе. Начальник начальник штаба 59-го пограничного отряда, затем начальник 2-го отделения того же отряда и врид начальника 77-го пограничного отряда. Награды: орден Красного Знамени (15.1.45 г. за выслугу лет), орден Отечественной войны I-й степени (1945 г.), медали ХХ лет РККА (1938) и др.
Иванов Илья Матвеевич (1902-?). полковник. В 1938 году майор Иванов И.М. начальник 78-го пограничного отряда назначается начальником Разведывательного отдела ПВВ НКВД Дальневосточного округа. С 09.05.1939 г. начальник 1-го Отдела КПВ НКВД Хабаровского округа. Уволен приказом НКВД СССР от 28.06.1939 г. №1427. Репрессирован. Реабилитирован в 1955 г. Награды: орден Красной Звезды (04.02.1938)
Начальник штаба 59-го пограничного отряда майор Алексеев Александр Дмитриевич.
Дамаев Иван Иванович (1908-?), старший лейтенант. Родился в 1908 г. Уроженец Алтайского края. Русский. В ОГПУ-НКВД с 1930 г., призван Угловским РВК Алтайского края. Начальник заставы 59-го пограничного отряда лейтенант Дамаев И.И. на основании приказа НКВД СССР от №1361-08 06 1939 №1361 уволен по ст. 47 пункт «б», 2 часть. Участник Великой Отечественной войны с 1942 г. на Калининском фронте. Имеет ранение. В 1943 г. старший лейтенант Дамаев И.И. командир снайперского взвода 131-го пограничного полка войск НКВД отличился в период снайперской стажировки на участке 4-й армии Волховского фронта. Награды: медаль «За отвагу» (01.10.1943).

При подготовке использованы материалы, любезно предоставленные историком-спецслужб Олегом Борисовичем Мозохиным.
Записан
Страниц: [1] Вверх Печать 
« предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  


Войти

Powered by SMF 1.1.20 | SMF © 2006-2008, Simple Machines
Перейти на корневой сайт МОЗОХИН.RU